Кёкусин-рю каратэ

Кёкусин-рю (Школа Окончательной Истины) - один из пяти «главных» стилей японского каратэ. Он был создан в 1957 г. японским мастером корейского происхождения Ояма Масутацу (1923— 1994), настоящее имя которого Чхве Ёнъи (или Цой Юн).

С 9 лет у себя на родине Ояма изучал корейские боевые системы «тхэккён» и «чхарёк». В возрасте 14 лет он уехал в Японию, в Токио, где с 1938 г. изучал каратэ Сётокан-рю у отца и сына Фунакоси, и параллельно дзюдо в Кодокане. В 1940 г. Ояма покинул додзё Фунакоси, полностью разочаровавшись в практикуемой там «гимнастике». Он поступил в додзё мастера Со Нэйсю, тоже корейца по происхождению, ученика Ямагути Гогэна, преподавашего каратэ Годзю-рю. По рекомендации Со Нэйсю, Ояму принял в обучение сам Ямагути Гогэн.

К концу войны Ояма получил 4-й дан в этом стиле. В 1947 г. Ояма выиграл первый всеяпонский турнир каратэ, нокаутировав всех своих соперников.

Уединение в горах

Подражая своим кумирам, святому Нитирэну и фехтовальщику Мусаси Миямото, Ояма удалился отшельником в горы, где провел 10 месяцев в полном уединении. Вот как он сам это описывает:

«В 1948 году, когда мне было уже 25, и я имел десятилетний опыт практики боевого искусства, я уединился на горе Киёдзуми, расположенной в 10 км от станции Ясубо Коминато. Густой кустарник, могучие дубы и высокие клены покрывают эту гору. Там течет река с многочисленными водопадами и стоит знаменитый буддийский храм Сэйдзёдзи, в котором когда-то жил прославленный монах Нитирэн. Поселился я недалеко от этого храма в полуразвалившейся сторожке. Большинство моих друзей пытались удержать меня от ухода в горы для усиленных занятий каратэ. Они считали, что глупо тратить так много времени и сил на то, что не может защитить от одной пистолетной пули. Другие же в противовес им утверждали, что хотя бы один человек из восьмидесятимиллионного населения тогдашней Японии может позволить себе делать глупости.

Так или иначе, я отправился в горы, взяв с собой книгу о Миямото Мусаси, величайшем японском мастере фехтования на мечах, написанную Эйдзи Ётикавой. Помимо книги, я взял с собой меч, копье, ружье, котелок для приготовления пищи, чайник и посуду. Из продуктов я взял чай, рис и бобы. Мой день начинался в 4 часа утра. Сразу же после пробуждения я бежал к ближайшему ручью, чтобы искупаться в его холодной воде. Затем возвращался в хижину и делал там физические упражнения, а потом около часа бегал по горным тропинкам.

Вместо отдыха я готовил себе завтрак из риса и бобов, после  которого читал книгу Ётикавы. Тренировка в каратэ проводилась часов через 5—6 после пробуждения. Я обвязал ползучими растениями стволы деревьев около своей лачуги и отрабатывал на них удары кулаками, ребрами ладоней, пальцами и ступнями. Через полгода все эти деревья завяли. Кроме того, я 100 раз повторял какую-нибудь ката. Я не позволил себе уклониться от этих упражнений хотя бы один раз за то время, что жил на горе Киёдзуми.

Потом я обедал, съедая то же, что и утром и немного отдыхал, продолжая чтение или гуляя в лесу. После этого приступал к силовой тренировке. Я где-то читал, что старые мастера развивали свою прыгучесть, прыгая много раз в день через растущий лен. Лен — это растение, которое растет необыкновенно быстро. Я решил делать то же самое и посадил лен в углу маленького участка, где выращивал овощи для своего стола. За время с утра до вечера, в несколько приемов, я прыгал через лен 300 раз. Каратэ не может позволить себе роскошь пользоваться высоким прыжком с разбега, приходится прыгать с места. Высота взрослого льна превышает два метра. На такую высоту невозможно прыгнуть с фиксированной исходной позиции. Но ежедневные прыжки вверх через лен значительно улучшили мою прыгучесть. 

Еще я делал сотни отжиманий на кулаках и на пальцах, в том числе в стойке вверх ногами, упражнял брюшной пресс, подтягивался на перекладине, поднимал и бросал тяжелые камни, ворочал здоровенные валуны. Разумеется, каждый день утром и вечером и очень часто — ночью, я практиковал различные формы медитации. Среди них было погружение в реку на полчаса или час, стояние под струями водопада, выполнение ката в медленном темпе на краю обрыва, многочасовое созерцание луны и звезд. Когда наступала темнота, я в своей хижине сквозь полузакрытые глаза смотрел на пламя свечи, одновременно читая наизусть священные тексты. Или же пристально всматривался в круг, нарисованный на стене. Этими способами я достигал освобождения сознания от всех посторонних мыслей и образов, постоянно меня осаждавших.

Мои дневные тренировки были настолько тяжелыми, что по ночам нередко наступало состояние подавленности, иногда начинались галлюцинации. Однако к концу жизни в горах у меня выработалось умение достигать полного бесстрастия. В этом мне помогло разбивание камней. Я выбрал булыжник подходящего размера и попытался расколоть его ударом ребра ладони. Камень не поддавался моим усилиям. Я упрямо продолжал попытки десять дней подряд. По ночам я сидел в доме, положив камень перед собой и созерцая его, а не круг, нарисованный на стене.

Однажды ночью я, как обычно, пристально смотрел на камень. Была яркая лунная ночь. Чувство, внезапно охватившее меня, можно назвать вдохновением или как-то иначе, но главное то, что я ощутил: сейчас я смогу разбить этот булыжник. Я вынес его наружу и положил на землю. Потом опустился рядом с ним на одно колено. Ощущение того, что я могу его разбить, теперь переросло в уверенность. Я был совершенно спокоен. В таком состоянии я нанес удар ребром ладони, и камень раскололся пополам. Я долго смотрел на него. Я сделал это, я сделал это!

После той ночи я разбил бесчисленное множество камней. Когда я покидал свое убежище в горах, рядом со сторожкой валялась большая груда их осколков. Так я научился достигать полного бесстрастия сознания, позволяющего ощущать свое единство с Вселенной и генерировать в себе огромную мощь. В этом состоянии я адекватно воспринимаю любое движение окружающих и не думая мгновенно реагируя на него.

Когда я вернулся к людям, выяснилось, что тренинг в горах дал мне многое. Я смог выдержать трехсуточный спарринговый марафон, где каждый день приходилось проводить без перерывов 100 двухминутных схваток с постоянно меняющимися противниками. Еще я провел 52 боя с быками, сбивая им рога ребром ладони. Трое из них скончались, остальные не смогли продолжить поединок. Я провел немало встреч с мастерами английского и тайского бокса, дзюдо, борьбы вольного стиля и во всех этих встречах одержал победу...

Поэтому я думаю, что каждый, кто хочет полностью посвятить свою жизнь каратэ, или какому-то другому боевому искусству, обязательно должен пройти тренировочный курс в условиях природы, подобный моему, продолжительностью хотя бы полгода»...

Итогом отшельничества стало намерение доказать всему миру превосходство «настоящего» каратэ над любым другим видом боевых искусств. Для этого Ояма решил повторить подвиги мастеров прошлого.    

Публичные «шоу»

Начал он с поединков с быками. Но прежде, чем выйти на арену, Ояма посетил несколько скотобоен, где опробовал различные удары на животных. Выяснилось, что наиболее подходящими являются всего два: прямой удар кулаком (цуки) в лоб, между глаз, а также круговой удар нижней частью ребра ладони; (сюто-ути) в основание бычьих рогов.

В 1950 г. Ояма впервые сразился с быком на глазах у зрителей. После удара кулаком в лоб животное осело на землю, но не упало на бок. Понадобился еще и удар ребром ладони, сбивший ему рог. Следующий поединок с быком был снят на кинопленку студией Сётику. Ояма впоследствии вспоминал: «Это было интересное предложение, которого я уже давно ждал. В случае успеха фильма я намеревался сразиться потом с медведем и с тигром. Тем самым я надеялся вызвать еще больший интерес людей к каратэ. Но хотя фильм в самом деле имел успех, продолжения не последовало. Оказалось, что медведь и тигр стоят слишком дорого, к тому же посыпались протесты со стороны общества охраны животных...

Я намеревался сразу схватить быка за рога, повалить его на землю и сбить ему один рог, прежде чем он снова встанет на ноги. Но этот бык весил не меньше чем 600 кг, он был сильный, и мне не удалось повалить его в первую же минуту. А еще через минуту я ощутил нечто страшное: бык ударил меня своим рогом. Брызнула кровь. Все померкло вокруг меня — и небо, и солнце, и сверкающий песок...    

И в этот момент из глубины моего естества хлынула чудодейственная сила. Через мгновение я забыл о своей боли и слабости. В сияющем неземном свете я отчетливо увидел, как огромная черная масса падает передо мной, унося с собой мою смерть. Я захватил быка одной рукой за шею и пригнул его к земле. Затем, четыре раза подряд ударил ребром ладони другой руки по рогам, один раз по одному и три раза по другому. Но тщетно. Тогда я понял, что надо к моей силе прибавить силу быка, ударить его на встречном движении, когда он будет вставать с земли. Я ослабил захват и ударил в момент подъема. Рог наконец сломался, и я показал его публике».

В 1952 г. Ояма получил приглашение от Ассоциации профессиональной борьбы США. Его просили приехать для показательного выступления в Чикаго. Вместе с ним должны были выступать еще двое приглашенных — японский дзюдоист Эндо Кокити (6-й дан) и гавайский борец под псевдонимом Великий Того. Ояма вспоминал позже: «Рестлинг-Холл» в Чикаго был огромным спортивным залом с местами для 15 тысяч зрителей. В тот вечер ни одно из них не пустовало. Великий Того, которого мне представили как моего ассистента, говорил только по-английски, так что я не понял ни слова из его объяснений...

Предполагалось, что я продемонстрирую свои таланты каратиста перед началом состязаний по борьбе, которые должны были стать главным событием вечера. Я хотел разбить для начала одну доску толщиной в большой палец, а затем, прибавляя по одной, дойти до пяти таких досок, сложенных вместе. Но когда принесли две доски, моему удивлению не было границ: каждая из них была толщиной в пять пальцев! Тогда я понял, что языковый барьер может обойтись мне слишком дорого...

Первую доску я сломал одним ударом сюто-ути, и тогда Эндо спросил, хочу ли я продолжать... Он схватил вторую доску двумя руками и отставил одну ногу назад для лучшего упора. Впервые мне предстояло разбивать доску такой толщины, находяшуюся в вертикальном положении. Но после короткой настройки я сломал ее первым же цуки...

Дальше мне надо было эффектно крушить кирпичи. Но я еще не знал, что американские кирпичи намного прочнее японских. К тому же я всегда делал это на твердой подставке, а здесь ринг был покрыт толстым мягким ковром... Первый раз я ударил сюто-ути, безрезультатно. Вторая попытка кончилась тем же. Тогда я решил сосредоточиться, и удивительное спокойствие охватило меня. Гнев и нетерпение ушли прочь, а вместо них меня наполнила небывалая мощь. Удар, и кирпич разлетелся вдребезги, а весь зал обрушился громом рукоплесканий...

После окончания выступления меня ждал в раздевалке какой-то мужчина. Он очень внимательно рассмотрел мою правую руку, а потом сказал: «Я хотел бы, чтобы у моего сына были такие же сильные руки, как эти!» Оказалось, что передо мной Джек Джемпси, один из сильнейших боксеров мира всех времен».

Так началось триумфальное турне Оямы по США, длившееся около двух лет. За это время он примерно 200 раз выступал с демонстрацией различных трюков, а также провел около 40 поединков с профессиональными боксерами и борцами (кэтчерами). Все бои завершились победой Оямы. О том периоде своей жизни мастер вспоминал следующим образом:

«У меня не было большого желания участвовать в этом турне. Меня смущало то, что я получаю деньги за демонстрацию Будо. Но надо было на что-то жить, содержать семью, а мне предложили 100 долларов в неделю, не считая оплаты всех текущих расходов. Для послевоенной Японии это было целое состояние».

В 1954 г. Ояма вернулся в Японию и открыл в Токио свое первое додзё. Через два года он на пару месяцев отправился на Окинаву, откуда начал затем почти годовую поездку по странам Юго-Восточной Азии. Поездка свелась к встречам с мастерами различных видов боевых искусств и к поединкам с ними. Например, в Таиланде Ояма провел поединок с чемпионом муай-тай, имевшим псевдоним «Черная кобра». Все поединки 33-х летний Ояма выиграл. Вернувшись в 1957 г. домой, он учредил свою знаменитую организацию Кёкусин-кай (Ассоциация Окончательной Истины). С этого времени берет начало его стиль Кёкусин-рю.

Пропаганда стиля Кёкусин

Развитие данного стиля неразрывно связано с двумя аспектами: проведением соревнований по правилам ассоциации Кёкусин-кай, и с пропагандой стиля в книгах Оямы и в многочисленных публикациях периодической печати, телепередачах, показательных выступлениях в разных странах мира.

Самый первый чемпионат по правилам Кёкусин-кай провел в 1959 г. Эдвард Лав в Гонолулу. По этому случаю туда приехал Ояма, выступивший с демонстрацией ката и тамэси-вари. В 1960 г. во втором гавайском чемпионате участвовали команды из 16 стран мира. В 1962 г. в «Мэдисон-сквер Гарден» в Нью-Йорке прошел первый открытый северо-американский чемпионат Кёкусин-кай, который выиграл Гэри Александер. В 1964 г. трое бойцов школы Оямы выступили в Бангкоке против троих боксеров муай-тай: в двух поединках победили японцы, третьего их товарища сняли с соревнований врачи ввиду травмы.

В 1965 г. была создана Международная организация каратэ Кёкусин-рю (МОКК). С 1966 г. она ежегодно проводит Всеяпонские открытые турниры, а с 1975 г. также и Всемирные (один раз в 4 года). Первым чемпионом мира в стиле Кёкусин стал Сато Кацуаки, чемпион Японии 1971, 1974, 1975 гг. Участвовали команды 36 стран. Слово «открытый» означает, что в таких турнирах могут выступать представители любого вида, любого стиля боевых искусств, согласные драться по правилам Кёкусин, то есть без протекторов, нанося удары в полную силу...

В настоящее время в МОКК входят национальные организации более чем 130 стран мира. Без сомнения, стиль Кёкусин-рю является одним из самых популярных и массовых стилей каратэ в мире.

Что касается книг, то свою первую — «Что такое каратэ?» — Ояма опубликовал в 1958 году. Ее огромный успех побудил его издать впоследствии еще несколько: «Это каратэ» (1965), «Живое каратэ» (1967), «Продвинутое каратэ» (1970) и другие. Они Широко переиздавались во многих странах мира и в большой мере способствовали росту популярности каратэ. Кроме того, по заказу МОКК было снято множество рекламных фильмов, как документальных, так и художественных. Надо отметить, что иностранцы, плохо разбиравшиеся в 60-ые и 70-ые годы в каратэ, многие привлекательные аспекты этого искусства, свойственные только стилю Кёкусин-рю, переносили и на другие стили, безнадежно ему уступавшие по всем пунктам.

«Настоящее» каратэ

Секрет привлекательности стиля Кёкусин-рю заключается в том, что Ояма изначально трактовал его, как стиль реального боя. Отсюда глубокое презрение к большинству другах стилей каратэ, выродившихся в военизированную гимнастику, в «танцы», по определению самого Оямы.

«Настоящий» каратист тот, кто способен пройти сквозь самые суровые испытания духа и тела. Отсюда знаменитое кумитэ «100 боев». В начале 50-х годов сам Ояма, находившийся тогда в расцвете сил, провел однажды 300 поединков за 3 дня, по 100 поединков в день. Ему противостояли сильные бойцы, достаточно сказать, что Ояма был тогда серьезно травмирован. Однако он выиграл все схватки!

В 1956 г, после пребывания на Окинаве, Ояма решил возродить в своей ассоциации это испытание, практиковавшееся в школах старого Окинава-тэ. Тот, кто выдержит 100 боев подряд, тот настоящий мужчина — Боец с большой буквы. Первым, кто успешно прошел через 100 боев был англичанин Стив Арнейл в 1965 г. За ним последовали Накамура Тадаси (1965), Ояма Сигэру (1966), Джек Холландер (1967), Джек Джарвис (1967), Говард, Коллинс (1973), Миура Миюки (1973), Мацуи Акиёси (1986) и Адемар Да Коста (1987). Особенно впечатляющим был успех Мацуи. 100 поединков он провел за 2 часа 25 минут в присутствии 500 зрителей. При этом в своих ладонях он сжимал маленькие деревяшки, что исключало использование им ударов открытой рукой и захватов, тогда как его противникам можно было делать то и другое. Говоря словами Оямы, «способ проведения 100 кумитэ Мацуи был великолепен. Более 50 боев он выиграл иппоном».

Другая категория испытаний в Кёкусин-рю, это тесты на силу, скорость и точность ударов, на закалку тела и им подобные.

Тесты на разламывание:

— пробивание подвешенного на двух нитках листа тонкой рисовой бумаги ударами кулака и пальцев руки;

— раскалывание подвешенной на веревке доски (или кирпича) ударами кулака, локтя, ребром ладони, ребром стопы, передней частью стопы;

— раскалывание нескольких дюймовых досок в руках двух ассистентов ударами рук и ног, в том числе в прыжке;

— раскалывание плавающей в бочке с водой дюймовой доски;

— раскалывание руками, ногами и головой до двадцати слоев черепицы;

— раскалывание ударом «рука-меч» (или «железный молот») трех положенных друг на друга кирпичей;

— раскалывание ударом «рука-меч» трех уложенных друг над другом с промежутками ледяных плит толщиной в три дюйма каждая;

— разбивание рукой и головой ледяной глыбы;

— раскалывание массивных булыжников основанием ребра ладони;

— отрубание горлышка стоящей бутылки;

— «проникновение» ударом «рука-копье» в плотно связанный пучок бамбуковых прутьев;

— «пронзание» ударом «рука-копье» подвешенной коровьей туши.

Не менее важное место занимают тесты, раскрывающие способность организма к пассивному сопротивлению. Например, палку толщиной два дюйма (5 см) ломают ударом по спине, груди, руке или ноге стоящего человека.

В стиле Кёкусин-рю существует градация мастерства по поясам следующих цветов: белого, синего, желтого, зеленого, коричневого, черного. Для перехода в каждый следующий разряд требуется сдать экзамен, включающий спарринг с более сильным противником, ката и проверку умения разламывать твердые предметы. В частности, необходимо выдержать подряд десять схваток с противниками разрядом выше и выиграть как минимум половину из них.

Кёкусин-рю в Европе

Самыми известными европейскими учениками Оямы были англичанин Стив Арнейл и голландец Джон Блюминг (1933 года рождения). Арнейл стал вторым (после самого Оямы) человеком в истории Кёкусинкай, который успешно прошел через 100 кумитэ. Он создал Британское Кёкусин Каратэ (БКК), которое много лет являлось самой крупной на Западе организацией этого стиля.

Джон Блюминг стал учеником Оямы в 1959 году. Он вспоминает: «ежедневные тренировки были очень тяжелыми. Сначала разминка 30 минут, потом спарринг около часа без перерывов, с постоянной сменой партнеров, и еще после этой изнурительной работы полтора часа мы повторяли всю базовую технику». В 1976 г. Блюминг получил из рук Оямы 6-й дан! Патриарх стиля так характеризовал этого бойца: «Найдите человека, способного победить Блюминга. Я заберу тогда его 6-й дан, а свой 8-й отдам его победителю».

Среди учеников Блюминга прославились голландец Янн Калленбах и француз Ален Сетрук. Блюминг следующим образом излагает свое кредо: «Я всегда хотел, чтобы мои черные пояса были настоящими черными поясами. Первое, что я сказал Алену, когда мы с ним встретились: «Ты считаешься каратистом, но это еще не настоящее каратэ. В бою боксер тебя нокаутирует, борец скрутит, дзюдоист бросит... Ты должен превзойти их всех. Если ты член семьи Кёкусинкай, ты должен показывать всем, что наш стиль самый эффективный.

Раньше Ален никогда не дрался. Я научил его этому. Он стал настоящим фанатом. Лучшим во Франции! Когда Ален приехал в Амстердам, все мои ученики хотели сразиться с ним. Они тоже хотели быть лучше всех. Ну, он им показал!»

Читайте также: