Неизвестное нин-дзюцу Часть 3

Итак, когда же возникло нин-дзюцу? Ответить на этот вопрос одновременно и очень легко, и очень сложно. Легко, потому что многие элементы этого искусства — следопытство, умение выслеживать врага, бесшумно подкрадываться — связаны с охотой, а потому были известны уже первобытным людям. Однако в средневековой Японии нин-дзюцу фигурирует не просто как набор разрозненных методов, а как стройная система, опирающаяся на разработанную теорию, то есть как особая наука и особое искусство. Наукой нин-дзюцу можно назвать благодаря строго логичному, рациональному строю его принципов, но, с другой стороны, оно, как всякое подлинное искусство не терпит шаблона и требует подлинно творческого подхода от своего исполнителя. Поэтому, говоря об истоках нин-дзюцу, важно определить с какого момента разрозненные элементы оказались соединенными в единую систему. 

Японские историки связывают становление нин-дзюцу в качестве особой науки-искусства с влиянием знаменитого китайского трактата по военному искусству «Сунь-цзы», который был написан приблизительно в V веке до н.э. и в VII веке уже нашей эры завезен в Японию. В этой работе в главе «Использование шпионов» китайский военный мыслитель Сунь У впервые в мировой практике дал систематическое описание конкретных методов использования шпионов. Однако вклад китайского стратега в развитие нин-дзюцу отнюдь не исчерпывается этим фактом. В своем трактате Сунь У сумел сформулировать особый принцип военного искусства, который пронизал нин-дзюцу снизу доверху и который, в силу решающего значения для этого искусства, можно назвать его сущностью. 

О чем идет речь? В третьей главе трактата, название которой можно перевести как «Стратегическое нападение» (Н.И.Конрад) или как «Нападение посредством стратагемы» (Л.Джайлз), провозглашается: «Сто раз сразиться и сто раз победить — это не лучшее из лучшего; лучшее из лучшего — покорить чужую армию не сражаясь». (Цита. по: Н.И.Конрад. Синология. М., 1995, с.28).

Как это достигается? Стратегическим нападением, или нападением при помощи стратагем(по-японски «боряку», «бокэй» — «хитрость, уловка, маневр, интрига, заговор, хитроумный план»). Стратагема — это такой стратегический план, в котором для противника заключена какая-либо ловушка или хитрость. Стратагема подобна алгоритму, она организует последовательность действий в операции, незаметным образом вынуждая противника делать ходы, выгодные для применяющего ее. 

Способность предвидеть последствия поступков называют стратагемностью. Раскрывая способность просчитать ходы в политической или военной игре, а порой не просто просчитать, но и запрограммировать их, исходя из особенностей ситуации и качеств противника, стратагемность служит образцом активной дальновидности. Как метод составления и использования стратагем она зародилась в глубокой древности и была связана с приемами военной и дипломатической борьбы. 

Умение составлять стратагемы свидетельствовало о способностях человека, а наличие плана вселяло уверенность в успехе. Поэтому издревле стратегия и стратегические планы стали пользоваться в Китае большим уважением. Состязание в составлении и реализации стратагем шло во всем — от политики до игры в китайские облавные шашки вэй-ци. Появился даже специальный термин — чжидоу, обозначавший такую состязательность, а в процессе практики составления и применения стратегических планов сложилась целая система из 36 классических стратагем. 

Попав в Японию, стратагемы оказались в центре внимания ниндзя, что вполне понятно, поскольку в тайной войне лучшая операция та, которая имеет далеко идущие последствия, но при этом остается полностью невидимой для чужих глаз. Хитроумные стратегические планы, основанные на психологической манипуляции противником, представляли в этом плане целое сокровище, которым не преминули воспользоваться «воины ночи». 

Приведу два примера для иллюстрации использования стратагем в ниндзюцу. 

В середине XVI века князь Мори Мотонари воевал против даймё княжества Амако. Начальник разведки Мори разработал хитроумный план для ниспровержения Амако, который затем был с успехом реализован. По приказу Мотонари из тюрьмы был выпущен приговоренный к смерти разбойник с условием, что он будет шпионить в пользу князя Мори. Под видом паломника вместе с группой пилигримов он направился в княжество Амако, но на границе на них напали переодетые бандитами самураи Мори. В стычке «паломника» убили, после чего самураи Мори нацепили ему на шею амулет, в котором было записано послание от Мори к одному из военачальников Амако. Поскольку все это происходило на глазах у «пограничников» Амако, те не преминули вмешаться, чтобы защитить бедных паломников, но в результате им достались лишь мертвые тела скитальцев. Труп шпиона тщательно обыскали и нашли письмо князя Мори. Из текста послания явствовало, что не только адресат, но и еще несколько военачальников Амако перешли на сторону врага. «Умный» князь Амако воспользовался этой находкой и тут же казнил своих лучших полководцев, а через некоторое время его обезглавленная армия потерпела сокрушительное поражение от войска Мори. 

В некоторых версиях этой истории упоминается, что такой план был разработан начальником разведки Мори неспроста. Дело в том, что он был членом семьи, практиковавшей нин-дзюцу и враждовавшей с князем Амако. Поэтому, когда Амако решил разделаться со своими недругами ниндзя, их представитель разрабтал хитроумный план, чтобы «разобраться» с ним втихую, и «убрал» его при помощи вышеописанной операции с участием князя Мори. 

В этом случае была дважды использована стратагема N3 «Убить чужим ножом». Однако зачастую так просто решить проблему оказывалось невозможно и требовалось разработать план, в котором бы использовалось сочетание нескольких стратагем.

Читайте также:

Комментарии

Оставить комментарий

*

code